Создатель ChatGPT: История Сэма Альтмана - Кич Хэйги

Автор популярного блога Шварц, который уже несколько месяцев вел переписку с Грэмом, предлагал веб-инструмент для создания сайтов, позже названный им Infogami. «У нас есть идея, которая, возможно, подойдет вам больше», – сказал ему Грэм на собеседовании, расхаживая по комнате[109]. Но Шварц не отступился от своего замысла и воплотил его вместе с соучредителем, найденным через интернет в Дании. По настоянию Грэма Шварц в итоге объединил Infogami с Reddit. К концу лета к Reddit примкнул и Крис Слоу – гарвардский аспирант, создавший вместе с однокурсником Заком Стоуном поисковик для рабочего стола Memamp.

Альтмана Грэм почти не критиковал. За время, прошедшее с апрельского собеседования, его компания сменила название на Radiate – идея Дешпанде, – после того как выяснилось, что владелец домена viendo.com готов продать его не меньше чем за 300 000 долларов. Но суть проекта осталась прежней: использовать новую функцию определения местоположения в мобильных телефонах, чтобы связывать людей с их друзьями.

Альтман был в восторге – наконец-то он был среди своих. Но все равно держался немного особняком. Кан, Шир, Хаффман, Шварц, Слоу и Стоун моментально сплотились в тесную компанию, связанную бесконечной перепиской с шуточками в мессенджере AIM, частью которой Альтман так и не стал.

«От Сэма исходили немного другие вайбы, – вспоминал Хаффман. – Большинство ребят – Джастин, Эмметт, Аарон, Крис, Зак – были просто эталонными гиками. Тащились от технологий и словно витали в облаках, оторванные от реального мира. Думаю, нам всем пришлось постепенно врастать в роль бизнесменов. А Сэм с самого начала был куда больше заточен на бизнес и успех. Было ощущение, что он всегда спешит. Что у него есть дела поважнее».

Однажды вся группа отправилась на прогулку по Кембриджу. Михаил Гуревич, основатель компании ClickFacts, которая боролась с мошенничеством в интернет-рекламе, заметил, что карманы Альтмана подозрительно оттопыриваются, и поинтересовался, что там. Альтман начал выуживать из бездонных карманов своих шортов карго телефон за телефоном – от прямоугольных Sony Ericsson до раскладушек Motorola Razr, поясняя, что все они работают на разных операционных системах и Radiate приходится разрабатывать отдельное приложение под каждую. «Он таскал с собой штук восемь телефонов, – рассказывал Гуревич. – Я ему говорю: “Чувак, у тебя от этого рак яиц будет”».

Гуревича поразила сложность технической задачи, за которую взялся Альтман. «После того разговора я понял, что он гений, – признался Гуревич. – Правда, было в его речи что-то странное. Я еще подумал: “Может, у него расстройство аутистического спектра?” Хотя, если честно, Аарон такой же, да и пара других ребят тоже».

До рака дело не дошло, но во время своих 12-часовых кодерских марафонов в кембриджской квартире Альтман питался почти исключительно лапшой быстрого приготовления, так что к концу лета хвастался, что заработал цингу[110]. Кроме того, он продолжал переговоры о финансировании с NEA и говорил, что собирается встретиться с контактом Чунга в Sprint, чем поверг в изумление других участников YC.

«Его стартап казался более настоящим, – говорил Хаффман. – Привлекать деньги от реальных венчурных фондов? Никто из нас этого не делал. Мы не знали, как с ними говорить, не понимали правил игры. Если честно, даже Пол не слишком разбирался в этом. Он приглашал на встречи с нами тех, кто был скорее противниками венчурных капиталистов. Такая вот атмосфера была в то время в Y Combinator: венчурным инвесторам доверять нельзя».

Альтман подобных предубеждений не разделял.

«Он знал правила игры, – заключил Хаффман, – в отличие от остальных».

Штаб-квартира Sprint занимала огромную территорию – 80 гектаров в Оверленд-Парке, фешенебельном пригороде Канзас-Сити, и представляла собой целый городок: здания из красного кирпича, фонтаны и безупречно подстриженные газоны. Этот комплекс, построенный в середине 1990-х, был самым масштабным проектом того времени на всем Среднем Западе. Для его создания пригласили архитекторов, которые проектировали здание шотландского парламента. В результате это место с часовой башней, амфитеатром на 3000 мест и сетью прогулочных и велосипедных дорожек выглядело так, будто здесь размещается нечто более грандиозное, чем просто корпорация, – пусть даже эта корпорация была третьим по величине сотовым оператором США и крупнейшим частным работодателем Канзас-Сити.

Через несколько месяцев после конкурса бизнес-планов Чунг, верный своему слову, устроил Альтману встречу с техническим директором Sprint. Помощник Чунга забронировал авиабилет и машину, но Альтман был слишком молод для аренды автомобиля, так что ему пришлось сначала лететь из Кембриджа в Сент-Луис, чтобы взять семейную машину. Добравшись до места, они вошли в административное здание, миновали анфиладу приемных с секретарями и наконец оказались в шикарном кабинете с панорамными окнами, откуда открывался вид на ручьи и парковую зону.

Винг Ли радушно улыбнулся Чунгу, но при виде Альтмана не смог скрыть удивления – тот, хоть ему было 19 лет, выглядел максимум на 12.

«И где же ваш основатель?» – спросил Ли у Чунга. (Позже он признался: «Он был таким молоденьким юношей. Я подумал, что мы ждем кого-то еще».)

Ли, которому было под 40, так что в его хипстерской прическе уже пробивалась седина, пришел в Sprint более 10 лет назад. Он создал первую в США оптоволоконную сеть, которую прославила реклама с актрисой Кэндис Берген. В ролике демонстрировалось качество связи – настолько хорошее, что, в отличие от обычных операторов дальней связи с их помехами, можно было услышать падение булавки. Эта сеть уходила корнями в старейшую инфраструктуру Америки – телеграфные линии вдоль Южно-Тихоокеанской железной дороги, построенной еще в 1860-х. Даже название Sprint произошло в 1970-х годах от аббревиатуры Southern Pacific Railroad Internal Networking Telephony («Внутренняя телефонная сеть Южно-Тихоокеанской железной дороги»)[111].

В конце 1990-х Ли помог Sprint выйти на рынок мобильного интернета, запустив сервис Sprint PCS (Personal Communications Services – «Персональные услуги связи»). Он понимал, что медленные скорости сетей 2G оттолкнут пользователей, если не предложить им что-то такое, чего нет даже у настольных компьютеров с их куда более быстрым соединением. «Нужен был принципиально новый пользовательский сервис», – вспоминал он. Так Ли стал кем-то вроде охотника за трендами.

Каждый год он устраивал команде своего рода паломничества в Токио, в район Акихабара, где тусовались модницы в костюмах малышки Бо Пип и продавалась самая крутая электроника планеты. «Мы увидели, как японки делают снимки на раскладушки с крошечными камерами», – рассказывал он. Это привело к сотрудничеству со стартапом LightSurf, который разработал программу для отправки фотографий контактам из адресной книги. Sprint PCS брал 5 долларов за «фотопочту», но сначала клиент должен был оформить подписку на мобильный интернет за 15 долларов.

«Это был настоящий хит, один из самых высоких